Момичета, рускините преведоха интервюто на Боран за Vogue , ето го. Слагам го в скрит текст да не товаря темата.
Виж целия пост
Скрит текст:
Боран Кузум: Как калейдоскоп.
Каждое его состояние чем-то отличается друг от друга, но когда эти состояния объединяются, оно становится единым целым. Все они дополняют друг друга. Париж, где мы встретились с Бораном Кузумом для интервью и съемки, состоит из 20 регионов. Так сколько же регионов у Борана?
Это как калейдоскоп. Когда возникают слова на его губах, появляется другая его сторона. Еще один из него. Пока он передо мной превращает слова в предложения, его образы множатся. Представьте, что ваш глаз смотрит в калейдоскоп и вы медленно поворачиваете его. Подобно тому, как одни и те же частицы в калейдоскопе могут создавать разные миры и истории менее чем за секунду, так и Боран Кузум показывает мне свои разные состояния передо мной в отеле Sinner Paris в 3-м округе Парижа. У каждого есть эти разные состояния, но Боран прекрасно осознает их и себя. Как ни странно, это осознание ни на секунду не мешает его естественности и спонтанности. Наоборот, поддерживает его натуру, делая более цельным и многослойным. Он очень серьезен, когда говорит о своей работе, он так же подробен, как ученый, когда говорит о своем актерском методе, он озорной, когда говорит о реальных событиях, над которыми много смеется в Instagram, немного меланхоличен, когда говорит о любви , но он теплый и искренний в каждом моменте.
Однажды Ипек Билгин сказал мне об актерском мастерстве: «Человек внутри как колесо, у всех есть все». Все эти разные «Вы» приходят и уходят, одно за другим… Что бы ни крутилось больше, тот день или тот конкретный момент в Вас, это делает Вас немного больше «Вами». Помимо всего этого богатства, которым обладает Боран, его так же интересуют разные предметы и ситуации в жизни, как и различные состояния самого себя, новые места, которые он никогда не видел, или новые вкусы, которые он никогда не испытывал, привлекают его внимание. Он объясняет:
«Я люблю слушать разные версии моих любимых песен. Прослушивание новой версии известной Вам песни открывает для Вас новый мир. Мой друг Вудкид живет в Париже, он поставил мне демо-версию песни, отличной от той, которая была в альбоме, и я официально последовал за ним, чтобы получить эту версию (улыбается). Помимо новых версий важны и новые места. Думаю об этом. Вы попадаете в место, где никогда раньше не были, например, в новую страну, в которой вы никогда раньше не были. Вы открываете новый мир. Это также дает мне душевное спокойствие. Я обновляюсь. Я забочусь о мире больше всего в жизни. В нашем обществе уровень толерантности сильно упал. Мы можем быть беспокойными по любому поводу, мы регрессируем. Беспокойство стало чем-то вроде гриппа, все стало чем-то таким, что может легко вызвать у нас беспокойство. Поэтому человек должен иметь осознание самого себя. Я понял, что находить время для себя очень важно. Есть разница между временем для себя и одиночеством, может потребоваться время, чтобы научиться этому».
С закрытым левым глазом, правым прищуренным я слегка поворачиваю калейдоскоп правой рукой. Есть Боран, который верит всему, что говорит о предмете, который волнует его больше всего в жизни. Он резюмирует это следующим образом:
«Гуманизм. В наше время я так устал от разделения людей по признаку расы, пола и всевозможных других различий. В мире и времени, когда людей пытаются разделить, искусство несет в себе отдельную ответственность. Мы все часть одной системы. Я говорю это не в шутку. Это все из-за того, что я полностью и исключительно человек. Например, пока мы говорим с вами здесь, в некоторых частях мира людей убивают и разлучают из-за какой-то проблемы. Если мы собираемся говорить о судьбе, то, что мы называем судьбой, не должно измеряться границами, в которых мы находимся».
Когда он произносит эту последнюю фразу, изображение в калейдоскопе, в который я смотрю, на некоторое время замирает.
Боран предпочитает быть всем своим существом в ситуациях, которые жизнь приносит ему. И делает он это с более широкой точки зрения, а не с помощью стереотипных определений:
«Например, концепция, которую мы называем силой, заключается не в том, чтобы не плакать перед лицом ситуации. Сила — это то, как вы справляетесь с ситуацией, в которой находитесь. Немного похоже на судьбу. Одно дело быть фаталистом, судьба - это другое дело. На мой взгляд, всегда есть что-то еще, что вы можете сделать в, казалось бы, негативной ситуации. Даже когда вам говорят нет, есть чем заняться, люди сами создают свою удачу в жизни. Может пора настало время судьбе случиться, все может измениться в любой момент. То, как вы реагируете на возможность, которая появляется сейчас, отличается от того, как вы реагировали два года назад».
Я быстро поворачиваю калейдоскоп, на этот раз все сразу, так что я могу увидеть другую версию его. Картина относится к близкому времени, моменту года, которого некоторые с нетерпением ждут, а для некоторых это просто такой день: День святого Валентина. Хотя мы подробно говорим с ним о разнице между любовником и любовью, его определение любви ясно:
«Вы не можете выбрать свою семью, вы не можете выбрать, в кого влюбиться. И вы не знаете, сможете ли вы когда-нибудь снова испытать эти эмоции. Я не специалист по любви, но если мы будем говорить об отношениях и ошибках, есть важный момент: Это дело обоюдное, никогда не бывает односторонней ошибки».
Я еще немного вращаю калейдоскоп, чтобы увидеть, как Боран делает свою работу. Когда я спрашиваю его, кого он называет хорошим актером, он отвечает, не задумываясь.
«Даже одна сцена может заставить вас сказать - это снимок существующих эмоций и историй. На человека также воздействует, когда он видит что-то о себе, и когда его заставляют чувствовать что-то, чего он никогда раньше не чувствовал. Для меня самое главное, что актер может создать такие моменты. Может быть, это всего две секунды, но это самое главное. Конечно, вы не создаете его в одиночку. Режиссер, сценарий, партнер — вот лишь некоторые из многих заинтересованных сторон, необходимых для создания этого момента».
Когда я спросил его о работах, для которых он создал эти моменты, наиболее близкие его сердцу, он добавил:
«Фильм-Сокровище. Все, что вы играете, большое или маленькое, влияет на то, как вы выполняете следующую работу. Я думаю, что теперь я справляюсь с работой лучше, потому что раньше уже совершал «те» ошибки. Очень ценно иметь возможность делать что-то отличное от того, что хотят и ожидают от Вас на Вашей работе. Фильм "Сокровище" был такой работой для меня. Я пытался сыграть другую роль, у меня было пространство для ее создания, пространство было дано мне. Я считаю, что правильно воспользовался этой возможностью. «Чудесные зеркала» по сценарию Азиза Несина познакомятся со зрителями в феврале, это был замечательный опыт работы с Толгой Орнеком. Еще есть работа под названием «Дом без адреса», которую я недавно продюсировал. Для меня это был проект, которым я интересовался до тех пор, пока не прошел кастинг и не поговорил с менеджерами».
Он также в восторге от своей работы за камерой. Я спрашиваю его, о чем мы, вероятно, будем говорить, если встретимся снова в том же месте десять лет спустя, и он с улыбкой отвечает:
«Полагаю, я буду делать свою работу с таким же энтузиазмом. Кто знает, о чем мы могли бы поговорить, но я думаю, что настанет такой момент в жизни, когда я буду намного меньше беспокоиться об определенных проблемах. Мы говорим о работе, за которой я стою. Я надеюсь, что в отрасли, в которой мы работаем, больше поймут, что это командная работа, каждый может производить в более равных условиях, молодым умам предоставится больше возможностей, и мы будем в системе, где мы можем производить с этими людьми в порядке, частью которого являются эти новые умы».
Он считает, что его профессия несет ответственность, миллионы людей наблюдают за миром, частью которого он является, и знакомятся с историей, которую он рассказывает:
«С помощью этой работы мы показываем жизнь многим людям. Мы все являемся частью целого, и мы должны осознавать это. Я хотел бы запомнить и напомнить истину, которая проста и всем известна, но о которой нужно часто напоминать: Мы приходим в этот мир только один раз. А наши проблемы обычно уходят через два дня, даже те, о которых мы беспокоимся больше всего…»
Но он слишком зациклен на одном: мире и благополучие окружающих людей и его близких. С того момента, как я сажусь к нему за стол, на протяжении всей трапезы и разговора он старается, чтобы у меня все шло хорошо, и это оживало в самой тонкой форме. Он имеет в виду каждый вопрос, который он задает "Как вы?" - особый, считает, что это один из лучших вопросов, которые можно задать человеку.
«На самом деле спросить об этом, не просто для разговора, а действительно спросить. Я спрашиваю людей: «Вы в порядке?», пока не убеждаю их, что они не совсем в порядке».
Мы тонем в смехе. Когда я слишком много смеюсь, воображаемый калейдоскоп в моей руке дрожит, и изображение падает прямо туда, где мы находимся - Париж.
«Париж превратился в зону комфорта, которую я создал сам, здесь хорошо просто выйти на улицу. Я здесь больше «Я». У людей было мнение обо мне в начале моей карьеры, когда даже у меня еще не было мнения о себе из-за раннего начала в профессии. Здесь все не так, я не в центре внимания, да и не люблю быть в центре внимания в любом случае. Я понимаю, что иду здесь более уверенно даже по улице, даже кажусь выше».
Несмотря на все его богатство, быть на виду у публики — не самая любимая из ситуаций, связанных с этой профессией. Он добавляет:
«Это структурно, что мне это не нравится. Я решил стать актером в 17 лет, я просто искал способ выразить себя, я пытался разобраться в себе. Моей целью никогда не было быть в центре внимания».
Те разные изображения, которые мы видим в калейдоскопе, формируются отражением света, и нет никаких сомнений в том, что, нравится Борану это или нет, огни его очень любят. Это калейдоскоп, в котором я его вижу, он видит жизнь из разных уголков, как в визуальных эффектах внутри этого калейдоскопа, так и в самом этом калейдоскопе. Мы находимся в Париже, и есть эта история с Рив-Гош и Рив-Друа . Вопрос о том, на какой стороне реки мы остановились, и неизвестно, с какой стороны она встанет в какой день, попечитель Парижа, разделенного рекой Сеной. Но, возможно, есть что-то более важное в жизни, чем то, на чьей ты стороне или какую сторону ты переживаешь, как он спрашивает:
«Что ты хочешь, чтобы люди открыли для себя того, что ты открыл в жизни?»
Каждое его состояние чем-то отличается друг от друга, но когда эти состояния объединяются, оно становится единым целым. Все они дополняют друг друга. Париж, где мы встретились с Бораном Кузумом для интервью и съемки, состоит из 20 регионов. Так сколько же регионов у Борана?
Это как калейдоскоп. Когда возникают слова на его губах, появляется другая его сторона. Еще один из него. Пока он передо мной превращает слова в предложения, его образы множатся. Представьте, что ваш глаз смотрит в калейдоскоп и вы медленно поворачиваете его. Подобно тому, как одни и те же частицы в калейдоскопе могут создавать разные миры и истории менее чем за секунду, так и Боран Кузум показывает мне свои разные состояния передо мной в отеле Sinner Paris в 3-м округе Парижа. У каждого есть эти разные состояния, но Боран прекрасно осознает их и себя. Как ни странно, это осознание ни на секунду не мешает его естественности и спонтанности. Наоборот, поддерживает его натуру, делая более цельным и многослойным. Он очень серьезен, когда говорит о своей работе, он так же подробен, как ученый, когда говорит о своем актерском методе, он озорной, когда говорит о реальных событиях, над которыми много смеется в Instagram, немного меланхоличен, когда говорит о любви , но он теплый и искренний в каждом моменте.
Однажды Ипек Билгин сказал мне об актерском мастерстве: «Человек внутри как колесо, у всех есть все». Все эти разные «Вы» приходят и уходят, одно за другим… Что бы ни крутилось больше, тот день или тот конкретный момент в Вас, это делает Вас немного больше «Вами». Помимо всего этого богатства, которым обладает Боран, его так же интересуют разные предметы и ситуации в жизни, как и различные состояния самого себя, новые места, которые он никогда не видел, или новые вкусы, которые он никогда не испытывал, привлекают его внимание. Он объясняет:
«Я люблю слушать разные версии моих любимых песен. Прослушивание новой версии известной Вам песни открывает для Вас новый мир. Мой друг Вудкид живет в Париже, он поставил мне демо-версию песни, отличной от той, которая была в альбоме, и я официально последовал за ним, чтобы получить эту версию (улыбается). Помимо новых версий важны и новые места. Думаю об этом. Вы попадаете в место, где никогда раньше не были, например, в новую страну, в которой вы никогда раньше не были. Вы открываете новый мир. Это также дает мне душевное спокойствие. Я обновляюсь. Я забочусь о мире больше всего в жизни. В нашем обществе уровень толерантности сильно упал. Мы можем быть беспокойными по любому поводу, мы регрессируем. Беспокойство стало чем-то вроде гриппа, все стало чем-то таким, что может легко вызвать у нас беспокойство. Поэтому человек должен иметь осознание самого себя. Я понял, что находить время для себя очень важно. Есть разница между временем для себя и одиночеством, может потребоваться время, чтобы научиться этому».
С закрытым левым глазом, правым прищуренным я слегка поворачиваю калейдоскоп правой рукой. Есть Боран, который верит всему, что говорит о предмете, который волнует его больше всего в жизни. Он резюмирует это следующим образом:
«Гуманизм. В наше время я так устал от разделения людей по признаку расы, пола и всевозможных других различий. В мире и времени, когда людей пытаются разделить, искусство несет в себе отдельную ответственность. Мы все часть одной системы. Я говорю это не в шутку. Это все из-за того, что я полностью и исключительно человек. Например, пока мы говорим с вами здесь, в некоторых частях мира людей убивают и разлучают из-за какой-то проблемы. Если мы собираемся говорить о судьбе, то, что мы называем судьбой, не должно измеряться границами, в которых мы находимся».
Когда он произносит эту последнюю фразу, изображение в калейдоскопе, в который я смотрю, на некоторое время замирает.
Боран предпочитает быть всем своим существом в ситуациях, которые жизнь приносит ему. И делает он это с более широкой точки зрения, а не с помощью стереотипных определений:
«Например, концепция, которую мы называем силой, заключается не в том, чтобы не плакать перед лицом ситуации. Сила — это то, как вы справляетесь с ситуацией, в которой находитесь. Немного похоже на судьбу. Одно дело быть фаталистом, судьба - это другое дело. На мой взгляд, всегда есть что-то еще, что вы можете сделать в, казалось бы, негативной ситуации. Даже когда вам говорят нет, есть чем заняться, люди сами создают свою удачу в жизни. Может пора настало время судьбе случиться, все может измениться в любой момент. То, как вы реагируете на возможность, которая появляется сейчас, отличается от того, как вы реагировали два года назад».
Я быстро поворачиваю калейдоскоп, на этот раз все сразу, так что я могу увидеть другую версию его. Картина относится к близкому времени, моменту года, которого некоторые с нетерпением ждут, а для некоторых это просто такой день: День святого Валентина. Хотя мы подробно говорим с ним о разнице между любовником и любовью, его определение любви ясно:
«Вы не можете выбрать свою семью, вы не можете выбрать, в кого влюбиться. И вы не знаете, сможете ли вы когда-нибудь снова испытать эти эмоции. Я не специалист по любви, но если мы будем говорить об отношениях и ошибках, есть важный момент: Это дело обоюдное, никогда не бывает односторонней ошибки».
Я еще немного вращаю калейдоскоп, чтобы увидеть, как Боран делает свою работу. Когда я спрашиваю его, кого он называет хорошим актером, он отвечает, не задумываясь.
«Даже одна сцена может заставить вас сказать - это снимок существующих эмоций и историй. На человека также воздействует, когда он видит что-то о себе, и когда его заставляют чувствовать что-то, чего он никогда раньше не чувствовал. Для меня самое главное, что актер может создать такие моменты. Может быть, это всего две секунды, но это самое главное. Конечно, вы не создаете его в одиночку. Режиссер, сценарий, партнер — вот лишь некоторые из многих заинтересованных сторон, необходимых для создания этого момента».
Когда я спросил его о работах, для которых он создал эти моменты, наиболее близкие его сердцу, он добавил:
«Фильм-Сокровище. Все, что вы играете, большое или маленькое, влияет на то, как вы выполняете следующую работу. Я думаю, что теперь я справляюсь с работой лучше, потому что раньше уже совершал «те» ошибки. Очень ценно иметь возможность делать что-то отличное от того, что хотят и ожидают от Вас на Вашей работе. Фильм "Сокровище" был такой работой для меня. Я пытался сыграть другую роль, у меня было пространство для ее создания, пространство было дано мне. Я считаю, что правильно воспользовался этой возможностью. «Чудесные зеркала» по сценарию Азиза Несина познакомятся со зрителями в феврале, это был замечательный опыт работы с Толгой Орнеком. Еще есть работа под названием «Дом без адреса», которую я недавно продюсировал. Для меня это был проект, которым я интересовался до тех пор, пока не прошел кастинг и не поговорил с менеджерами».
Он также в восторге от своей работы за камерой. Я спрашиваю его, о чем мы, вероятно, будем говорить, если встретимся снова в том же месте десять лет спустя, и он с улыбкой отвечает:
«Полагаю, я буду делать свою работу с таким же энтузиазмом. Кто знает, о чем мы могли бы поговорить, но я думаю, что настанет такой момент в жизни, когда я буду намного меньше беспокоиться об определенных проблемах. Мы говорим о работе, за которой я стою. Я надеюсь, что в отрасли, в которой мы работаем, больше поймут, что это командная работа, каждый может производить в более равных условиях, молодым умам предоставится больше возможностей, и мы будем в системе, где мы можем производить с этими людьми в порядке, частью которого являются эти новые умы».
Он считает, что его профессия несет ответственность, миллионы людей наблюдают за миром, частью которого он является, и знакомятся с историей, которую он рассказывает:
«С помощью этой работы мы показываем жизнь многим людям. Мы все являемся частью целого, и мы должны осознавать это. Я хотел бы запомнить и напомнить истину, которая проста и всем известна, но о которой нужно часто напоминать: Мы приходим в этот мир только один раз. А наши проблемы обычно уходят через два дня, даже те, о которых мы беспокоимся больше всего…»
Но он слишком зациклен на одном: мире и благополучие окружающих людей и его близких. С того момента, как я сажусь к нему за стол, на протяжении всей трапезы и разговора он старается, чтобы у меня все шло хорошо, и это оживало в самой тонкой форме. Он имеет в виду каждый вопрос, который он задает "Как вы?" - особый, считает, что это один из лучших вопросов, которые можно задать человеку.
«На самом деле спросить об этом, не просто для разговора, а действительно спросить. Я спрашиваю людей: «Вы в порядке?», пока не убеждаю их, что они не совсем в порядке».
Мы тонем в смехе. Когда я слишком много смеюсь, воображаемый калейдоскоп в моей руке дрожит, и изображение падает прямо туда, где мы находимся - Париж.
«Париж превратился в зону комфорта, которую я создал сам, здесь хорошо просто выйти на улицу. Я здесь больше «Я». У людей было мнение обо мне в начале моей карьеры, когда даже у меня еще не было мнения о себе из-за раннего начала в профессии. Здесь все не так, я не в центре внимания, да и не люблю быть в центре внимания в любом случае. Я понимаю, что иду здесь более уверенно даже по улице, даже кажусь выше».
Несмотря на все его богатство, быть на виду у публики — не самая любимая из ситуаций, связанных с этой профессией. Он добавляет:
«Это структурно, что мне это не нравится. Я решил стать актером в 17 лет, я просто искал способ выразить себя, я пытался разобраться в себе. Моей целью никогда не было быть в центре внимания».
Те разные изображения, которые мы видим в калейдоскопе, формируются отражением света, и нет никаких сомнений в том, что, нравится Борану это или нет, огни его очень любят. Это калейдоскоп, в котором я его вижу, он видит жизнь из разных уголков, как в визуальных эффектах внутри этого калейдоскопа, так и в самом этом калейдоскопе. Мы находимся в Париже, и есть эта история с Рив-Гош и Рив-Друа . Вопрос о том, на какой стороне реки мы остановились, и неизвестно, с какой стороны она встанет в какой день, попечитель Парижа, разделенного рекой Сеной. Но, возможно, есть что-то более важное в жизни, чем то, на чьей ты стороне или какую сторону ты переживаешь, как он спрашивает:
«Что ты хочешь, чтобы люди открыли для себя того, что ты открыл в жизни?»
на няколкото минути в които Халит беше на екрана. Гледах от началото, не преувеличавам, но само Халит и Бирдже въодушевиха публиката. Емоция, жестове, мимики - всичко предава на публиката усещането за общност. Да излезе и да прочете текста си като задължение е участие проформа, а повечето това направиха.
