Туба Бюйюкюстюн, Запленяваща сърцето и проектите преди и след това-222 тема

"Погледът на влюбения"- Хорхе Букай

Нека ти разкажа

- Струва ми се, че родителите ми са остарели и умът им вече не е така бистър.
- А на мен ми се струва, че гледаш на тях от друга гледна точка.
- Но какво общо има това? "Фактът си е факт ", както ти казваш.
- Ще ти разкажа...

~ . ~ . ~

Царят бил влюбен в Сабрина, жена от простолюдието, която направил своя последна съпруга.
Един следобед, когато царят бил на лов, пристигнал пратеник и съобщил, че майката на Сабрина е болна. И макар да било забранено да се ползва личната каляска на царя - нарушение, което можело да и коства главата, - Сабрина се качила в нея и се отправила към майка си.

Като се върнал от лов, царят бил осведомен за станалото.
- Нали е прекрасна? - рекъл той. - Това е истинска синовна обич. Не се е поколебала да рискува живота си, за да бъде до майка си. Прекрасна е!

Друг път, когато Сабрина седяла в градината на двореца и ядяла плодове, се появил царят. Принцесата го поздравила и после отхапала последната праскова в кошницата.
- Изглеждат хубави!- рекъл царят.
- Хубави са - отвърнала принцесата. И като протегнала ръка, подала на своя любим последната праскова.
- Колко ме обича! - споменал по-късно царят. - Сама се отказа от удоволствието, за да ми даде последната праскова от кошницата. Не е ли чудесна?

Минали няколко години и кой знае защо, любовта и страстта в сърцето на царя охладнели. Седейки до най-добрия си приятел, той му казал:
- Никога не се е държала като царица. Нима не наруши забраната и не се качи в каляската ми? И освен това помня, че веднъж ми даде нахапан плод...

~ . ~ . ~

- Истината винаги е една. Факта си е факт. Но както в приказката, човек може да тълкува дадена случка и така, и иначе. "Внимавай как я възприемаш", казваше мъдрият Бадуин.

Ако това, което виждаш, пасва "като по мярка" на истината, която е изгодна за теб... не вярвай на очите си!

Мы побеседовали с Онуром Сайлаком о его актерском видении кинофильма «Воспоминания Ветра», режиссерском дебюте и будущих проектах.
Репортаж: Зейнеп Оджан, фотограф: Айшегюль Караджан.
Фильм «Воспоминания Ветра» на 52-м международном кинофестивале в Анталье принимал участие в категориях и международного, и национального кино. После просмотра фильма, я осталась с огромным грузом в своем сознании, под впечатлением от силы повествования истории и от безупречности Онура Сайлака. Я стала почитателем его игры, простой и в то же время невероятно мощной.
Мы поговорили с Онуром Сайлаком об огромной боли, которую пережила Турция в своей недавней истории, и все еще не утихшей даже в 2016 году, его актерском взгляде, первом режиссёрском опыте и последующих проектах.

• Это уже второй фильм, который вы делаете вместе с режиссером «Воспоминания Ветра» Озджаном Альпером. Снова начнем с вопроса, как и почему вы вновь оказались в одной команде?
- Причина в следующем. В конце концов, у нас был замечательный опыт работы над первым фильмом, (прим. Фильм Sonbahar - Осень, 2008 г.). Это был наш первый ребенок, наша первая любовь. К тому же было очень весело. Потом жизнь… мы создали семьи, у нас у обоих появились дети. Озджан работал над этим проектом 3-4 года, и еще, когда мы разговаривали в самом начале, я сказал ему следующее: “Мне необязательно сниматься в этом фильме, как бы там не случилось, ты свободен в выборе, так что найди подходящего человека на роль”. Я выразился прямо, и было совершенно ясно где-то на протяжении 3-х месяцев, что я сниматься не буду. Однако позже, одним днем Озджан позвонил мне и сказал: “Приходи, поговорим’. Я пришел, мне предложили роль, и я, прочитав сценарий, в котором эта роль была замечательно прописана, принял предложение. На самом деле, так все и получилось.
• И в “Осени”, и в “Воспоминаниях Ветра” тематика несколько схожа. В обоих фильмах Озджан Альпер показывает героев, переживших травму в прошлом и пытающихся снова начать дышать свободно. Может, в итоге и не находится решения проблемы, но оба героя как будто обретают обновление, заложенное в природе. И у обоих героев наблюдается эмоциональный всплеск в процессе поиска пути решения проблемы. Оба фильма затрагивают важные проблемы в истории Турции, и проблемы психологической травмы. Что вы обо всем этом думаете?
- Я думаю следующее. На самом деле и в «Осени», и в «Воспоминаниях ветра» Озджан старается рассказать нам о конкретных травмах героев, проживающих в определенный исторический период страны, и к чему приходят герои в результате этих травм. Невозможно в кинофильме полностью раскрыть всю проблему. Да и нет в этом необходимости. Поэтому Озджан старался поведать историю через отдельного героя, и мы можем сказать, что оба героя предстали перед нами, как раненые и потерянные души. Здесь, конечно же, еще есть эффект того, что режиссер происходит из людей того региона. Режиссер с черноморского региона или местности, пишущий о людях, которых он прекрасно знает, естественно получает от них значительное наполнение. Я всегда говорил, что есть нечто вроде ведущей роли природы. Наряду с трансформацией природы мы параллельно наблюдаем за трансформацией героя, и в этом заключается ее ведущая роль. Здесь же, (фильм Воспоминания Ветра), герой как бы застревает в природе, человек на фоне природы. В фильме вообще-то роль природы не является ведущей. Это как если бы мы проникли в более древнюю, почти античную структуру, человеческую генетику, чтобы увидеть проявление природы и ее существование, так и сдерживаемое в Араме, проявляется и выражается в удаленном горном местечке в маленькой лесной хижине. Таким образом происходит его развитие. Поэтому, конечно же, в этом аспекте я возвращался к своему опыту, связанному с героем в «Осени». Помимо этого в процессе работы наблюдалось следующее, все спрашивали Озджана, откуда взялось то или это. В детстве Озджана по дороге в школу он видел коз, или стада овец на холмах. То есть
режиссер имеет отличное представление о том, о чем повествует. Не знаю, удалось ли мне ответить на ваш вопрос, но...

• Да и ответили вполне ясно. Теперь немного изменим тему, обратившись к аспекту взаимосвязи с историей страны. Как вы думаете, смог бы персонаж Арама установить такую же связь со зрителем 30 лет назад? Как изменился взгляд на данную проблему, скажем, по сравнению со схожей темой фильма Salkım Hanım’ın Taneleri? (примечание - фильм Драгоценности госпожи Салкым, 1999 г. С Хульей Авшар в главной роли).
- На самом деле сейчас меняются поколения, мы все меняемся. Мы все вместе пережили это, к примеру, 2 года назад в парке Гези. (примечание - здесь имеются в виду волнения в Турции 2013 года). Сейчас уже новое поколение, которое может обсуждать некоторые вещи между собой достаточно свободно и спокойно. По крайней мере, между собой, в своем кругу. Некоторые табу или запреты могут быть сняты достаточно легко и там, где нет запретов, все оказывается проще и удобнее. Говорят, сейчас время технологий, у нас всех в руках смартфоны, намного проще получать информацию. Насколько эта информация достоверна - вопрос спорный, но я рассматриваю это следующим образом: как мне видится, теперь новое поколение довольно свободно обсуждает вещи подобного рода и кажется, как будто верит, что им необходимо сталкиваться с такими вещами. И тогда проблемы перестают быть проблемами по сути. Проблемная ситуация или вопрос уже перестают быть такими острыми. До тех пор пока мы можем обсуждать, передавать информацию, высказывать свое мнение, мы можем быть спокойны относительно той или иной темы. А прежде, знаете ли, некоторые вещи в этом обществе были как нечисть, даже, передаваемые в одном предложении.
• Да, не пытаться говорить о геноциде..
- Конечно, вы и не могли что-либо сказать. Армянские слова использовались как проклятия. Но, в конце концов, в основе нашей работы – люди, и в «Осени», и в «Воспоминаниях Ветра». Не важно, где они жили и каким образом. Мы всего лишь пытаемся рассказать историю человека.
* Каково это чувство для актера оказаться странствующим по воспоминаниям? А точнее сказать, да мы видим сцену прошлого Арама через ваше лицо. Чувства, пережитые Арамом в прошлом, мы наблюдаем через вас, из-за вас. Сыграть это очень сложно, не так ли?
- На самом деле не сложно, подумайте: есть роль и выработанная в течение всего рабочего процесса роль, то есть, помимо физической внешности или работы над языком жестов, вы можете осуществить некое мыслительное путешествие вместе с ролью, (или, по крайней мере, это касается исключительно моего подхода), и тогда уже не остается какой-либо трудноразрешимой задачи. Потому что ты уже знаешь все эти моменты, остается только их воплощение. Мы четыре месяца проводили предварительное изучение. По крайней мере, для меня с Арамом было 4 месяца.
* Чем вы занимались в эти четыре месяца?
- Мы много читали, для того чтобы получить возможность определить системное мышление того периода. Возможно, вы слышали, как я уже говорил о том, что я изучал долгое время фотографию. Потому что у каждого периода есть определенные характеристики, и я прочитал много книг касаемо того периода. Мы видим Арама в 1940 годы и видим Арама, жившего в 1915-м. Поэтому мы изучили много и национальных, и международных источников по этому периоду, просмотрели много документальных фильмов. Мы очень многое получили из книг Арама Пехливаняна и из его фотографий в особенности относительно характерных черт Арама и его жестов. Что можно сказать, я старался что-то делать, совершая вот такую комплексную работу!
* На фестивале в Анталье мы встретились с командой фильма. На самой деле, каждый по отдельности - просто великолепны. Прекрасно, что между вами присутствует такая гармония. Что происходило на съемках? Какое было настроение? Тяжесть, груз фильма затрагивал настроение команды?
- Нет, в этом раз все было следующим образом. Наша творческая команда оказалась очень духовно сильной. Андреас Синанос работал с нами
ведущим оператором, он просто необыкновенный волшебник. Невероятный человек, которого я полюбил, которому искренне предан, учитель, знакомству с которым я очень рад и которым горжусь. Особенно пошло на пользу его рассказы на тему об искусстве кино в первую неделю работы, в частности это было полезным для меня. Знаете ли, мы несколько торопились из-за ограничивающих условий компании производства. Делали сцену и спустя мгновение ждали, что ее могут просто убрать. Но Андреас сказал нам на третий день работы: “Что бы ни случилось, успокойтесь, что-то случившееся однажды, остается на всю жизнь. И поэтому к чему вся эта спешка?’ И, начиная с того момента, вся команда успокоилась, и мы смогли получить более углубленное видение и содержание работы. Одна из проблем просто ушла. Гамзе Куш, наш художник-постановщик, создала невероятную атмосферу. Энгин Алтынташ, наш главный осветитель. Он и команда не только работали со светом,  но и с логистикой, он делал все, чтобы нам было комфортно.
Мы тоже с самого начала знали, что нам делать, и поэтому нам было комфортно и приятно работать. Признаюсь, бывало и сложно. К концу третьей недели работы, я почувствовал, что с меня хватит, довольно. Потому что ты просто оказываешься в состоянии физического изнеможения. К примеру, та хижина в лесу, туда дороги нет. Каждый день собираешь все оборудование, поднимаешься..."

• Вы сняли шокирующую короткометражку под названием ‘Джунгли’, (Orman). Вы, как человек имеющий многочасовой опыт работы перед камерой, встали за камеру, потому что почувствовали, что вам уже недостаточно своей игры просто телом и эмоциями? Откуда возникло это любопытство к режиссуре?
- Не любопытство к режиссуре, а скорее возможность заняться продюсированием. Стать частью производственной работы. Интерес возник именно отсюда. Вообще-то какое-то время в голове у меня была эта идея. В прошлом году мы встретились с моим другом, театральным режиссером, Догу Акалой. Мы разговаривали о том, что мы могли бы сделать и пришли к такому решению: для начала попробуем с короткометражки, в худшем случае - посидим и посмотрим дома то, что получилось. Затем мы пригласили Хакана Гюндая. Он, за что ему спасибо, помог нам со сценарием. И так появился короткометражный фильм под названием “Джунгли”. И мы очень довольны нашим первым опытом.
• А мы чрезмерно довольны. Хорошо, а как возникла сама идея? Вы хотели снять фильм о проблеме сирийских беженцев? Хотели снять фильм и выбрали эту проблему, так?
- Нет. Мне хотелось что-нибудь сделать касаемо этой проблемы. То есть, нам хотелось что-то сделать относительно проблемы иммиграции. Даже до съемок мы ездили в Басмане, Измир. Там ли они еще, я не знаю, но те, кто столкнулись с этой проблемой все еще там, именно там были сконцентрированы группы иммигрантов. Там мы снимали, и делали репортажи.
* Весь фильм сопровождает музыкальная тема. Откуда она появилась? Как выстраиваются ваши музыкальные предпочтения?
- Применимо к этой роли не удается подобрать душевную музыку. В процессе прочтения роли я всегда стараюсь понять, какая музыка здесь подходит? Размышляя о нашем короткометражном фильме, я искал музыку, которая бы поймала ритм фильма. Я нашел такую музыку у Сигур Рос, (примечание – Сигур Рос – исландская пост-рок группа). Это мелодия из композиции “Var”. Мы очень хотели использовать эту мелодию, и спасибо группе Сигур Рос за то, что они нам позволили это сделать, однако мы уже закончили пост-продакшн на тот момент. Мы не могли внедряться в картину снова. Уйгур Йигит, наш друг, наиталантливейший человек, сделал нам музыку за один вечер. Поскольку мы снимали четыре дня, один день на историю, один день на музыку, через неделю у нас уже было готово кино. Из-за кратких сроков всей работы, у нас не было возможности сделать что-то дополнительно. Мы работали в соответствии с планами.
* Вообще то я хотела спросить, работая над ролью, слышите ли вы музыку, ну раз уж вы сами затронули эту тему…
- Видите ли, если я могу слышать, я тогда могу
что-то и делать. Если не получается слышать, я чувствую себя, как рыба на суше. Изнутри не идет ни игра, ни вообще что бы то ни было. Формальные моменты подготовки к роли происходят позже. Как объяснить, что сначала что-то должно идти изнутри. Я не тот актер, впитывающий то, что есть снаружи вовнутрь. Работать «изнутри» - это по мне, я работаю именно так. А потом уже, когда ты концентрируешься, все сделанное тобой приходит в необходимое соответствие с ролью.
* Все проекты, которые вы выбирали, обычно оказывались связанными с вопросами актуальными в обществе: в “Осени”- скоротечность ухода из жизни, в “Боли Осени”, “Голубой Волне” – проблемы подростков в обществе, в “Выброшенном на Берег Моря” – проблемы с иммигрантами. Даже в ваших сериалах, в “Тяжелом Романе” – проблемы, связанные с реновацией запущенного района, и сейчас последняя роль в сериале “Вспомни Гёнюль”, который затрагивает проблему насилия над женщинами. Это ваш осознанный выбор играть в кино такой тематики?
- Конечно осознанный. Скажу открыто, я люблю работу такого рода. Есть еще вот что, работа такого рода осуществляется с большей вдумчивостью и подготовкой. Поэтому в такой работе, становясь ее частью, обретая для себя определенное пространство или нишу, я получаю больше удовольствия. Но это совсем необязательно означает, что я буду играть только в фильмах, затрагивающие политические или социальные вопросы. Такой проблемы для меня не стоит. Но до сегодняшнего дня именно такие роли я и играл. Даже не знаю назвать это шансом или судьбой. Но я очень хотел бы сыграть и в комедии.
* Что вы думаете на тему о тенденциях зрителя и о разделении основного направления кино и кино категории артхауса в Турции?
- К сожалению, у нас есть страх перед авторским кино категории артхаус, как перед какой-то нечистью. Есть также утверждения, что это скучно. Поэтому, авторское кино со своим видением может быть приемлемым для немногочисленной аудитории, ограниченного числа людей. С другой стороны, то, что мы называем в моем представлении мейнстримовым кино выходит в количестве одной – двух лент в год. Могу сказать, что сейчас происходят очень интересные вещи в видении того, что мы называем комедией. Говоря о комедии мне на ум приходит Питер Селлерс, (примечание - Питер Селлерс, британский актёр. Наибольшую и общемировую известность ему принёс образ придурковатого инспектора Клузо в фильме Блейка Эдвардса «Розовая пантера» 1963 года и его продолжениях). Нам необходимо, как на уроке сесть, и научится на опыте таких актеров, как осуществляются взаимоотношения между актером и режиссером. Или Кемаль Сунал и Шенер Шен, могли бы нам напомнить, как во время отсутствия юмора того периода, можно было смеяться, надрывая животы. Не знаю, каким образом, что-то может поменяться в этом аспекте.
* Продолжите ли вы свою режиссерскую деятельность? Увидим ли мы, полнометражную работу?
- После выхода “Джунглей” мы с Хаканом Гюндаем сели, поговорили и пришли к мнению поработать над последним романом Хакана, который называется “ Daha.” (Ещё). Сценарий закончен. Сейчас началась работа по съемочному периоду. Дай Бог, наши планы приступить к съемкам в этом году осуществятся